Кажется, новогодняя ёлка была всегда. На самом деле даже Новый год в России (на Руси) до 1348 года отмечали 1 марта, а с 1349-го по 1699-й — 1 сентября. 19 декабря 1699 года Пётр I своим указом ввёл летоисчисление от Рождества Христова, а начало года с 1 января.

Этим же указом император повелел поздравлять друг друга с праздником, украшать дома елями, а детей развлекать и катать с гор на санках.

Также полагалось стрелять из пушек, запускать ракеты и зажигать праздничные огни.

Однако первую публичную елку, украшенную фруктами и конфетами, установили только в 1825 году в Петербурге. И постепенно мода стала распространяться по стране, которая все теснее связывалась с Европой, откуда везли дорогие елочные украшения.

Так продолжалось до Первой мировой войны. Но вот весной 1915 года Николай II утвердил «Особый комитет для объединения мероприятий по борьбе с германским засильем» и назвал новогоднюю традицию «вражеской», запретив наряжать елки. Запрет отменили… большевики после революции. Можно удивляться, но до 1927 года в Советской России праздновали не только Новый год, но и Рождество и Пасху. Эти дни были выходными.

В 1928 году, когда антирелигиозная кампания в стране активизировалась, наступил перелом. В «Правде» было размещено объявление Универпочты о рассылке наборов елочных украшений. В редакции рабоче-крестьянских газет посыпались письма возмущенных читателей: «Меня как безбожника, ведущего антирелигиозную пропаганду среди учащихся и рабочих, удивляет, почему газета «Правда» в своих объявлениях на весь СССР публикует, что Универпочта предлагает ЁЛОЧНЫЕ УКРАШЕНИЯ... Предлагаю Универпочте поставить на вид за то, что она способствует старому быту, рассылая всякую мишуру и разную дребедень для украшения ёлок». Понятно, что все это было организовано сверху. Религиозные праздники сразу попали под запрет. И с ними — ёлка.

Только через семь лет правительство осознало, что бороться с новогодними елками глупо. В своих мемуарах «Время. Люди. Власть» Никита Хрущёв писал: «Не помню года и тем более месяца, но вот однажды позвонил мне Сталин и говорит: «Приезжайте в Кремль. Прибыли украинцы, поедете с ними по Москве, покажете город». Я тотчас приехал. У Сталина были Косиор, Постышев, Любченко… Вышли мы, сели в машину Сталина. Поместились все в одной. Ехали и разговаривали.

Постышев поднял тогда вопрос: «Товарищ Сталин, вот была бы хорошая традиция и народу понравилась, а детям особенно принесла бы радость — рождественская ёлка. Мы это сейчас осуждаем. А не вернуть ли детям ёлку?». Сталин поддержал его: «Возьмите на себя инициативу, выступите в печати с предложением вернуть детям ёлку, а мы поддержим».

Небольшая заметка за подписью Павла Постышева, второго секретаря ЦК компартии Украины, вышла в «Правде» 28 декабря 1935 года: «В дореволюционное время буржуазия и чиновники буржуазии всегда устраивали на Новый год своим детям ёлку. Дети рабочих с завистью через окно посматривали на сверкающую разноцветными огнями ёлку и веселящихся вокруг неё детей богатеев.

Почему у нас школы, детские дома, ясли, детские клубы, дворцы пионеров лишают этого прекрасного удовольствия ребятишек трудящихся Советской Страны? Какие-то, не иначе как «левые» загибщики ославили это детское развлечение как буржуазную затею.

Следует этому неправильному осуждению ёлки, которая является прекрасным развлечением для детей, положить конец».

В 1936 году вышел декрет Совнаркома, разрешающий публичное официальное празднование Нового года (но не Рождества!) и призывающий на новогодних праздниках в госучреждениях, детских учреждениях, на городских площадях наряжать ели.

P.S. 23 декабря 1947 года указом Президиума Верховного Совета СССР 1 января объявлен «праздником и нерабочим днём».

Сергей ВЕТКИН